×
Понравилась эта статья?
Больше интересного
в Facebook – подпишись!
Men's Health Казахстан
18+
Адам Резниченко тейлор levi's dostyk plaza

Мужская профессия: тейлор

08 февраля 2018
О том, как неплохо зарабатывать на подгонке одежды, ремонте потертых джинс и рисовании на рубашках, нам рассказал тейлор Адам Резниченко.

Неоднократно великие умы заявляли о том, что современная система образования учит детей профессиям, которые уже в прошлом. Мы же ищем мастеров, чье ремесло еще долго останется востребованным вне зависимости от беспощадного прогресса.

Например, мужик за швейной машиной такое же неожиданное зрелище, как Tesla в космосе. Особенно если его рабочее место находится непосредственно в магазине известной джинсовой марки, где он по заказу клиентов кастомизирует одежду. Знакомьтесь, Адам – представитель редкой профессии – тейлор.

Адам Резниченко тейлор levi's dostyk plaza

МН: Адам, как ты пришел в эту профессию?

А: Неосознанно. Рисовал, как и все, в тетрадках. Понял, что хорошо получается, и решил оттачивать мастерство. Родители были не против, а позже даже стали поддерживать. Поступил сначала в профессиональный колледж, потом в университет, и, в конце концов, в магистратуру. По специальности я сценограф, мастер академического рисунка и мастер живописи.

Адам Резниченко Мужская профессия

МН: И тем не менее ты не работаешь в театре. Как ты стал тейлором?

А: В 2007 году у меня были джинсы. Любимые джинсы. Актуальность они свою потеряли, а выбрасывать совсем не хотелось. Я сел и начал думать, как их реанимировать. Хотелось вдохнуть в них вторую жизнь. Под руками было все необходимое, и результат превзошел ожидания. Так что первым своим клиентом стал я.

Со временем я заметил внутри себя какого-то критика, что ли. Ну знаешь, когда оглядываешься на прохожих и невольно ловишь себя на мысли, что эти брюки лучше немного перешить, а на куртке не хватает яркого рисунка и т. п. Стало очевидным, что я могу помогать людям выглядеть чуточку лучше. Это мотивирует меня в работе и сегодня.

МН: Помнишь своего первого коммерческого клиента? Кто заплатил тебе первые деньги как специалисту?

А: Это был не только первый заказ за реальный гонорар, но еще и один из самых крупных заказов в моей карьере. Тогда я еще учился в колледже, но молва обо мне понемногу расходилась в тусовке. Первый экономически интересный заказ пришел из танцевальной студии. Для отчетного концерта танцорам были необходимы сценические костюмы, и мне предложили произвести три десятка ветровок. С тех пор не многие мои проекты могут похвастаться такими тиражами. Так в 18 лет я понял, что творчество можно хорошо монетизировать.

Адам Резниченко Мужская профессия

МН: Тебе сейчас 26 лет, ты не женат, у тебя нет детей. Предположим что через 7-10 лет тебе будет необходимо обеспечивать семерых. Как ты оцениваешь финансовые перспективы своего дела?

А: Крайне позитивно. В этом деле всегда можно зарабатывать. Мои клиенты не являются узкой прослойкой населения. Да, в большинстве своем это молодежь. Сегодня у меня большой контракт с крутым брендом. Я получаю заработную плату и приятные бонусы от самих клиентов. Много работы я делаю в рамках обязательств бренда перед владельцами одноименной одежды. Да, да, если у вас есть одежда этой марки, я всегда с удовольствием кастомизирую эти вещи с учетом ваших пожеланий. Однако всегда остается время для «платных» проектов.

МН: Насколько дороги твои услуги? Бывет ли так, что нанесение рисунка и другие работы по «доработке» одежды обходятся клиенту дороже, чем стоимость самого изделия?

А: Это не редкость. Думаю, 3 из 10 проектов можно смело относить к дорогим. Бывает и так, что мой гонорар может в три, а то и в четыре раза превзойти стоимость хорошей джинсовой куртки. Тем не менее определенного фиксированного прайса нет. Каждую идею я тщательно обсуждаю с владельцем изделия. Я предлагаю несколько решений, отличных по сложности работ и соответственно по цене. Часто стоимость озвучиваю даже не я, а сам клиент – просто предлагает мне определенную сумму. В Казахстане мне очень нравится работать в этом плане, ведь здесь всегда можно комфортно договориться.

МН: Кто твой клиент? Отличается ли казахстанский потребитель от украинского?

А: Здесь очень крутая аудитория. Или просто мне пока везет. Абсолютно большинство людей, с которыми я работал, очень интересные. Девчонки, которых большинство, приходят за красотой. Парней меньше, но практически каждый из них заказывает не просто «фантики», а глубокие по смыслу и даже философии работы. Основная возрастная группа – люди от 25 до 35. А самому старшему алматинскому заказчику, наверное, лет 55.

Есть ли отличия между казахстанскими и украинскими заказчиками? Наверное, есть, но я никогда не задавался таким вопросом. Первое, что приходит в голову – это некая стесненность восточного народа. В течение дня мимо моего рабочего места проходят сотни и тысячи посетителей торгового центра. Одни останавливаются на несколько секунд, другие могут наблюдать за моим творчеством минутами, но многие стараются делать это издалека, украдкой. На Украине народ немного более контактный. У нас считается абсолютной нормой подойти к мастеру, задать интересующие вопросы и просто поболтать.

Хотя не могу настаивать на таком выводе. Это просто наблюдение из-за витрины. Возможно, причиной осторожности людей является моя внешность. Однажды, заговорив с покупателем, я шокировал человека. Тот думал, что я американец, и не решался задать вопрос о том, чем я здесь собственно занимаюсь. Посмеялись оба.

МН: Ты бы хотел, чтобы твои будущие дети продолжали ремесло отца?

А: Не вижу причин не хотеть этого. Это приятная и интересная работа. Кроме творческого удовлетворения это дело хорошо меня обеспечивает. У профессии большая история и еще большие перспективы.

Беседовал Сергей МАЗУР

Фото: Руслан ЛИСИЦА

← Нажми "Нравится" и читай нас в Facebook
Читайте также