Рецепт на допинг или зачем болеют спортсмены

Рецепт на допинг или зачем болеют спортсмены

Многие звезды спорта, если верить их врачам, страдают серьезными заболеваниями, для лечения которых требуются лекарства. Все бы ничего, но подобные медикаменты, как правило, содержат в себе запрещенные препараты, а врачебные предписания делают их применение легальным

 

Об этом свидетельствуют не только официальные результаты допинг-тестов, громогласные дисквалификации или данные, которые хакеры услужливо выкладывают в Cеть на радость журналистам. Создание на рубеже веков Всемирной антидопинговой организации (WADA) намекает на то, что эта проблема интригует своими масштабами. Статистика с присущим упрямством фиксирует растущее с каждым годом количество терапевтических исключений (в 2013 году зафиксировано 636 случаев терапевтических использований, в 2014-м – 897, в 2015-м – 1330). Сама концепция подобного рода исключений проста: если у спортсмена имеются такие заболевания, как СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), недостаточность андрогена, диабет, астма, дефицит гормона роста и многие другие нарушения, то, согласно международному стандарту для терапевтического пользования, пациент может принимать те или иные препараты. Таким образом, несмотря на то что многие из лекарств содержат запрещенные вещества, спортсмены законным образом получают разрешение на их употребление.

Показателен пример самого титулованного спортсмена Британии сэра Брэдли Уиггинса, не оставивший равнодушной общественность. Благодаря группе хакеров Fancy Bear, публике стало известно о том, что Уиггинс употреблял кортикостероид триамцинолон (вещество, обнаруженное в анализах другого велосипедиста Лэнса Армстронга в 1999 году). Известно, что этот препарат используется против аллергической реакции на пыльцу. Однако одна из сторон наблюдателей склонна утверждать, что, по странному совпадению, он также способствует эффективности работы, уменьшает жировые отложения, подавляет усталость. В рыцарском лицемерии Уиггинса обвиняют уже длительное время. Бедняга никак не может скрыться от осуждений. То желтая пресса снова возьмется за его проделки, то велогонщица Николь Кук припомнит доставку подозрительного пакета в далеком 2011-м. Подобные домыслы небезосновательны еще и потому, что по необъяснимому стечению обстоятельств аллергические обострения Уиггинс испытывал трижды перед сложными гонками «Тур де Франс» в 2011 и 2012 годах, а также «Джиро д’Италия» в 2013-м. Само собой разумеется, не только Уиггинс оказался под пристальным взором, но и его экс-коллега по команде Кристофер Фрум, побеждавший в «Тур де Франс» последние 3 года, а на днях ставший победителем другой престижной веломногодневки ­– «Вуэльты». Гонщики, поочередно заступаясь друг за друга, всячески отрицают целенаправленное употребление запрещенных веществ. Сам Фрум признает, что астмой болен с детства и считает обвинения в его сторону беспочвенными. Что бы ни говорили в адрес Криса Фрума, сальбутамол в его крови циркулирует законно. В клуб любителей сальбутамола вхож и Мартин Сундбю, норвежский лыжник. Дважды олимпийский призер был дисквалифицирован по той простой причине, что найденная доза вещества в крови составляла 5000 мкг при максимально допустимой – 1600 мкг. И, хотя Сундбю на данный момент не принимает участия в спортивных соревнованиях, это уже не первый случай обнаружения допинговых препаратов в крови норвежских чемпионов. Например, в мази для губ Терезы Йохауг, которая сослалась на некомпетентность доктора. Мало того, что собственный врач неразборчиво мажет ее мазями, так еще и Олимпийский комитет разрешает ей принимать препараты от астмы. Но, по словам самой Терезы, астмы у нее нет.

Когда информация об употреблении запрещенных веществ появляется в открытом для всех доступе, то прежде всего народ ополчается на самих спортсменов. Но, поскольку зачастую звезды казахстанского спорта и не ведают, чем питаются, что им вкалывается и в каких количествах, то указывают на причастность врачей. После принесших славу Олимпийских Игр в 2008 и 2012 годах, никто и подумать не мог, что через несколько лет Илья Ильин будет раздумывать, кому отдать лондонскую медаль, а кому – пекинскую. Грешить на спортивное питание и добавки можно, но с натяжкой. Однако отголоски этого события еще долго будут преследовать не только олимпийских чемпионов, но и все казахстанское спортивное сообщество. К нашим спортсменам стали приглядываться все внимательнее. Февраль этого года мог стать роковым для команды биатлонистов, когда австрийские полисмены добрались до, как им казалось, грязного белья участников соревнований. И когда результат допинг-проб всей команды оказался отрицательным, ликовали все во главе с министром спорта и культуры. Что ж, назвался спортсменом – полезай в лабораторию сдавать тест на допинг в 5 утра.

Современные спортсмены вряд ли станут баловать себя настойкой мухомора или кунжутными семечками после того, как в 30-х годах XX века стало известно о чудодейственных свойствах гормональных инъекций. Однако настоящим подарком стало открытие не стимулирующего вещества, а ныне ставшего модным расстройства СДВГ, которое дало в определенном смысле карт-бланш участникам соревнований в отношении легализированного употребления психостимуляторов. Ранее диагноз ставили лишь американским подросткам, не справляющимся с нагрузкой в школе и страдающими отсутствием концентрации внимания. Данный недуг вызывает множество дискуссий, но официально признан неврологическим расстройством. Традиционно «тормозами» СДВГ считаются амфетамин и его производные – всего 20 миллиграммов помогают избавиться от волнующих ощущений, и, вуаля – спортсмен готов к решительным действиям. Ситуация в данном вопросе схожа с предыдущей. Звезды спорта, уличенные в употреблении психостимуляторов, также отрицают какую-либо неоднозначность. История болезни американской гимнастки Симоны Байлз включает в себя наблюдение у врачей еще со школьных времен и позволяет ей использовать лекарства, содержащие амфетамин. Не обошлось без обсуждений и обнародование того факта, что теннисистка Бетани Маттек-Сандс принимала относительно небольшие дозы тестостерона ввиду того, что страдала от надпочечной недостаточности.

Так или иначе, в основе всех этих терапевтических исключений лежат опасные для жизнедеятельности заболевания. Два взаимоисключающих друг друга параграфа наводят на мысль: если человек действительно болен так серьезно, что ему нужно принимать внушительное количество препаратов, которые не то что не приветствуются в спорте, а в принципе запрещены, то должен ли такой спортсмен участвовать в соревнованиях?

Важно знать:

Допинг-пробы проводятся как непосредственно перед соревнованиями, во время их проведения, так и вне спортивных мероприятий. Обычно офицер допинг-контроля предупреждает спортсменов об этом заранее. Это, пожалуй, единственное отличие допинг-тестов от обычной сдачи анализов. По уважительным причинам допускается возможность отсрочки.

Проверяемый предоставляет документ, подтверждающий его личность.

Спортсмен выбирает емкость для анализа его мочи (90 мл для обычного анализа, 120 мл для стимулирующего образование эритроцитов эритропоэтина).

Переливает 30 мл мочи из флакона A во флакон B (в случае, если возникнет необходимость исследовать кровь и мочу второй раз).

Перед отбором крови спортсмен должен пребывать в состоянии спокойствия не менее 10 минут.

Спортсмен снова выбирает понравившийся из запечатанных комплектов для хранения крови и проделывает то же самое с флаконами A и B

За первую пробу A со спортсмена не взимается ничего, а вот во второй раз процедура уже будет платной (около $1000).

Текст: Лолита Канафина

Автор: Редакция MH
Поделиться

Понравилась статья?

Подпишись на рассылку и будь в курсе самых интересных и полезных статей

Без спама и не чаще двух раз в неделю

 ← Нажми "Нравится" и читай нас в Facebook
\
o?=o?=o?=o?=o?=o?=o?=o?=...